THE COURSE OF THE PEOPLE’S LIBERATION STRUGGLE UNDER MUHAMMAD-AMIN’S COMMAND IN THE NORTH-WEST CAUCASUS IN THE 50s OF THE 19th CENTURY

Cover Page

Abstract


Liberation struggle of mountaineers of the North Caucasus in the first half of the 19th century has always been one of the most topical problems in Russian historiography, since an integral, truthful and genuinely scientific concept of the events, which played an important role in the destinies of the peoples of the region, has not been created yet. It is known that the assessment of the Caucasian War has been changed many times. The researchers have misrepresented events and slanted a number of problems in the history of the local peoples and their relationship with Russia. The history of long heroic and at the same time tragic struggle of the mountaineers for freedom and independence is complex and unique. The people’s liberation movement arose due to socio-economic and political situation in the region, although intrigues of emissaries of other states also influenced the mountaineers’ struggle. The main reasons for the people’s liberation struggle appeared in the North-East Caucasus when the socio-political situation in the region had considerably changed. Basing on archival materials and special historical literature, the author of the article analyzes the liberation struggle of the mountaineers of the North-West Caucasus against the tsarist autocracy under the command of Shamil’s Naib Muhammad-Amin. The goal of the article is to trace the course of the people’s liberation struggle in the North-West Caucasus and its legal aspects in terms of both positive and negative sides. The author focuses on administrative and commanding talent of Muhammad-Amin, who managed to rally the mountaineers and organize the people’s liberation movement.

В конце 1848 г. имам Шамиль направил на Северо-Западный Кавказ своего третьего наиба - Мухаммед-Амина. В конце января 1849 г. Мухаммед-Амин выступил на большом народном собрании абадзехов и огласил свою программу: распространение шариата и политическое объединение адыгов для более эффективного сопротивления российским войскам. Большинство абадзехов поддержало Мухаммед-Амина [38, с. 72]. Следует отметить, что значительная часть карачаевцев также поддержала наиба [34, с. 72]. В течение 1849 г. сопротивление западных адыгов под руководством Мухаммед-Амина царским войскам было более организованным. Осенью того же года царь Николай I обратил на это внимание российского командования на Кавказе [33, с. 78]. Весной 1850 г. наиб начал подчинение своей власти бжедухов. Не желая подчиняться Мухаммед-Амину, бжедухские владетели обратились за помощью к российскому командованию. Так, по приказу командующего Черноморской кордонной линией ген.-л. Г.А. Рашпиля был собран небольшой русский отряд для защиты бжедухов от повстанцев [8, л. 59-66]. Вскоре, 22 апреля 1850 г., 2 отряда русских войск во главе с ген.-л. Рашпилем и подполковником Золотаревским переправились через р. Кубань и вошли на территорию бжедухов. Однако местное население встретило русские войска недружелюбно. Как отмечал командующий российскими войсками Г.А. Рашпиль, лазутчики ему сообщили, что бжедухи «решительно» расположены в пользу наиба [8, л. 182]. Такая позиция адыгов-бжедухов, а также ухудшение условий продвижения по местности из-за усилившихся разливов рек вынудили российское командование переправиться в конце апреля обратно на Правобережную Кубань. После этого наиб утвердил свою власть среди адыгов-бжедухов [8, л. 157 с об.]. После подчинения своей власти бжедухов Мухаммед-Амин решил переселить в горы темиргоевцев и натухайцев. Весной 1850 г. повстанцы одержали победу над двумя казачьими сотнями на Усть-Лабинской линии [3, с. 698]. Летом того же года наиб предпринял энергичные усилия по распространению своей военно-политической организации на шапсугов и натухайцев. В ответ на обращение Мухаммед-Амина у шапсугов и натухайцев состоялось общее народное собрание, которое под влиянием местной знати решило не признавать власти наиба [10, л.46]. В июне 1850 г. во главе своих отрядов Мухаммед-Амин двинулся к шапсугам, чтобы силой оружия подчинить их. Сражение между ними произошло 29 июня того же года вблизи урочища Догай. Битва не принесла Мухаммед-Амину победы, и он вынужден был отступить со своим войском. Следует отметить, что его войско состояло из абадзехов, черченеевцев и хамышейцев [7, л. 34]. Вскоре, в начале июля 1850 г., наиб, собрав подкрепление, вновь двинулся против шапсугов. В битве, состоявшейся 5 июля того же года, отряды Мухаммед-Амина разгромили шапсугов [7, л.47]. После этого последние подчинились Мухаммед-Амину, принесли присягу и выставили ему на службу вооруженных людей. Кроме того, в течение лета 1850 г. наибу подчинились также натухайцы [38, с. 78]. Необходимо указать, что основная причина утверждения власти Мухаммед-Амина над шапсугами и натухайцами заключалась в том, что подавляющая часть местного населения поддерживала политику наиба. В течение лета 1850 г. наиб подчинил себе большинство населения на северной покатости Главного Кавказского хребта. В докладной «Сведения о действиях агента Шамиля Магомета Амина», составленной 7 сентября 1850 г. в канцелярии начальника Черноморской кордонной линии, указывалось: «Агент Шамиля Магомет Амин в последнее время, можно сказать, окончательно утвердил свое влияние в сопредельных Черноморской кордонной линии племенах горцев: абадзехов, шапсугов и натухайцев. Воля его сделалась законом как для князей и дворян, так и для простого народа. Он повсеместно учредил управление из преданных ему князей и большею частию духовных лиц» [38, с. 79]. Следует отметить, что при этом Мухаммед-Амин продолжал избегать крупных военных столкновений с российскими войсками, прежде чем он успеет осуществить централизацию всей территории края. На Северо-Западном Кавказе Мухаммед-Амин создал широкую систему административного управления подвластным населением. Вся территория была разделена на участки, а каждый участок подразделялся на 5 отделений [1, с. 598]. Низшей ступенью административной лестницы являлся сельский сход. Каждый из участков управлялся старшиной, избранным народом. В распоряжении последних находились дружины. Определенное количество административных участков объединялось в округ. В каждом округе было учреждено центральное управление (мегкеме) [28, с. 85]. Руководили округом муфтий и 3 кадия. Главная резиденция наиба располагалась в мегкеме на р. Белой. На высшей ступени административной системы управления стоял сам Мухаммед-Амин. Центральную власть осуществлял действовавший при наибе меджлис [8, л. 30 об.; 48]. Для устройства артиллерии наиб велел освободить беглых русских солдат, которые должны были помочь в этом деле. К русским пленным Мухаммед-Амин относился очень хорошо. В верховьях р.Белой по его приказу была создана христианская солдатская колония, в которой находилось приблизительно 800 человек. Они занимались земледелием и разными ремеслами [32, с. 147-148]. Между тем, российские власти всемерно стремились ослабить влияние Мухаммед-Амина на Северо-Западном Кавказе. Проводниками их политики являлись местные князья и дворяне. Кроме того, российским командованием организовывались военные экспедиции против жителей тех местностей, население которых поддерживало Мухаммед-Амина. В декабре 1850 г. начальник Черноморской береговой линии вице-адмирал Л.М. Серебряков выступил против натухайцев и истребил все жилища горцев [9, л. 22 об. - 23]. В начале 1851 г. российское командование начало строительство Белореченского укрепления на территории абадзехов. Это подорвало авторитет Мухаммед-Амина среди местного населения. Вскоре темиргоевцы отказались признавать власть наиба. После этих событий по нарастающей пошел процесс крушения власти наиба в регионе. Весной 1851 г. Мухаммед-Амин предпринял попытку переселения адыгов-бесленеевцев с низовьев р. Уруп в горную зону, чтобы вывести их из сферы влияния российского командования. Наибу в этом препятствовали российские войска. В середине мая 1851 г. при переправе через р.Уруп Мухаммед-Амин был атакован отрядом во главе с ген. Н.И. Евдокимовым и вынужден был отступить [28, с. 90]. На обратном пути отряды наиба вступили в боестолкновение с кавалерийским отрядом ген-м. Эристова и отрядами полковника Волкова и потерпели тяжелое поражение [38, с. 91]. Эти события привели к ещё большему ослаблению влияния наиба в регионе. Уже весной 1851г. власть Мухаммед-Амина свергли причерноморские шапсуги. Летом того же года против наиба выступили натухайцы и жители Большого Шапсуга. Кроме того, в июне 1851 г. у шапсугов и натухайцев состоялось многолюдное народное собрание, на котором решался вопрос о доверии Мухаммед-Амину. Следует отметить, что большинство собравшихся отмежевалось от него. Вскоре наиб вынужден был покинуть шапсугов и натухайцев и перебраться к абадзехам на р.Псекупс [10, л. 108 об.; 127-128 об., 152]. Необходимо указать, что одной из важнейших причин кризиса государственности, создаваемой Мухаммед-Амином, было военное давление со стороны российских властей. С другой стороны, были и внутренние причины этого кризиса. Часть местного населения испытывала на себе тяжесть создаваемого госаппарата, была недовольна взиманием различных налогов и т.д. Кроме того, одной из важных причин противодействия Мухаммед-Амину являлось стремление адыгской знати восстановить свое пошатнувшееся влияние в обществе. Так, представители бжедухской знати активно действовали против наиба. А летом 1851 г. хамышеевские и черченеевские князья и дворяне обратились к командующему российскими войсками на Кавказской линии и в Черномории Н.С. Заводовскому с изъявлением покорности российскому правительству и выразили желание принести присягу на верность России. Однако крестьяне не поддержали феодалов. Как сообщал 27 апреля того же года Г.А. Рашпиль Н.С.Заводовскому, значительная часть крестьян была «решительно расположена в пользу Магомета Амина, обещающего им полную личную свободу и независимость от прежних владельцев» [11, л. 3, 4]. Осенью 1851 г. бжедухские крестьяне отказались принести присягу на верность российским властям. Тогда военное командование приняло решение силой подчинить бжедухские, хамышейские и черченеевские селения. В конце ноября-декабря 1851 г. войска под командованием Г.А. Рашпиля двинулось в Бжедухию. Под угрозой разгрома местное население вынуждено было покориться и принять присягу на верность России [11, л. 68-69, 137, 138]. Чтобы закрепить успехи в борьбе с наибом Мухаммед-Амином, российское командование решает в январе 1852 г. осуществить поход в земли шапсугов. Военная экспедиция войск Черноморской береговой линии и Черноморского казачьего войска во главе с вице-адмиралом Л.М. Серебряковым состоялась во второй половине января того же года [12, л. 3 с об.]. В ходе военной экспедиции было уничтожено 50 селений с запасами хлеба и сена [13, л. 69 об.]. Такие жесткие действия военного командования привели к обратному результату. Местное население усилило свое сопротивление царским войскам. А позиции Мухаммед-Амина, напротив, стали упрочиваться [26, с. 466]. Согласно документальным данным, зимой 1852 г. влияние наиба снова усилилось среди абадзехов [14, л. 6 об. - 7]. Кроме того, весной того же года среди шапсугов и натухайцев ширилось движение протеста против жесткой политики военного командования. Так, на местное население накладывались большие штрафы «в наказание за измену народу» [13, л. 86-87 об.]. Между тем, в мае 1852 г. наиб собрал большие военные силы в Майкопском и Курджипском ущельях. Повстанцы готовились совершить поход в Карачай. Однако Мухаммед-Амин, узнав, что военное командование хорошо подготовилось к отражению военной экспедиции горцев, отказался от намерений двинуться с походом в Карачай [38, с. 95]. В феврале 1853 г. наиб Мухаммед-Амин, покинув земли убыхов, возвратился к абадзехам. Весной того же года шапсуги, жившие к северу от Главного Кавказского хребта, и часть натухайцев решили вновь подчиниться Мухаммед-Амину и пригласили наиба к себе [16, л. 22 об., 25 с об.]. Следует отметить, что весной 1853 г. Мухаммед-Амин завершил подчинение своей власти шапсугов и натухайцев [17, л. 192 об, 203, 205 об.]. После этого он принял решение вновь подчинить бжедухцев, формально считавшихся лояльными российским властям. Так как наиб поддерживал местных крестьян в борьбе со своими феодалами, авторитет Мухаммед-Амина среди простого народа был очень высок. На это не раз указывала российская администрация [20, л. 45]. В этой обстановке командующий Черноморской кордонной линией Я.Г. Кухаренко решает воинскими силами поддержать бжедухскую знать и не допустить вторичного утверждения власти наиба Мухаммед-Амина среди бжедухов. Весной 1853 г. 2 отряда русских войск во главе с полковником Крыжановским и подполковником Барыштищенко двинулись на земли бжедухов. Между тем, местные крестьяне вели активную переписку с наибом, просили у последнего помощи [19, л. 112]. Наиб решил помочь бжедухам. 24 мая 1853 г. возле урочища Ошхануко произошло ожесточенное сражение между царскими войсками и повстанцами. Повстанцы из-за отсутствия артиллерии проиграли эту битву, и Мухаммед-Амин вынужден был с оставшимися людьми отступить [18, л. 51-55]. Необходимо указать, что, хотя Мухаммед-Амин не сумел утвердиться среди бжедухов, но в 1853 г. большинство населения Северо-Западного Кавказа ещё подчинялось ему. В то же время укрепленная Лабинская линия позволила российскому командованию взять под контроль пространство от Кубани до Лабы. Однако продвижение российских войск и колонизацию региона приостановила начавшаяся Крымская война. До этого наиб Мухаммед-Амин «избегал открытой войны с русскими, ожидая русско-турецкой войны» [30, с. 400]. Кроме того, наиб хотел поселиться в труднодоступных ущельях Западного Карачая, чтобы оттуда руководить повстанцами в случае начала военных действий. С этой целью Мухаммед-Амин, собрав на р. Белой большое количество конных и пеших людей, в середине июля 1853 г. двинулся в Карачай. Вскоре, узнав об этом, российские войска прошли на рр. Маруха и Аксаут в верховья Малого Зеленчука, чтобы «показать карачаевцам готовность к уничтожению покушения наиба» [1, с. 621-623]. Карачаевские князья Крымшамхаловы против повстанцев «выставили 500 хорошо вооруженных карачаевцев с двумя ротами кубанских егерей для охраны всех важных и удобных для прохода пунктов» [39, с. 352]. Но когда наиб расположился на ночлег в верховьях Большого Зеленчука, к нему пришли его сторонники из Карачая и предупредили о готовности российских войск и отрядов карачаевцев дать повстанцам решительный отпор, после этого «в лагере началась паника, и Магомет-Амин ушел обратно» [35, с. 155]. Следует отметить, что наиба Мухаммед-Амина в Карачай пригласил муфтий Магомет Хубиев, который разделял идеи повстанцев. Когда войско наиба двинулось в Карачай, М. Хубиев отправил своих посланцев по карачаевским селам, предлагая «народу собраться для защиты будто бы против русских притеснений». Но планы карачаевского муфтия вскоре стали известны российскому командованию, и «русские войска вовремя предупредили движение Магомет-Амина в Карачай» [35, с. 155]. Таким образом, поход Мухаммед-Амина в Карачай в 1853 г. не состоялся. В начале 1854 г. повстанцы во главе с Мухаммед-Амином нанесли ряд ощутимых ударов по Черноморской кордонной линии [21, л. 24 с об.]. Между тем, весной того же года наблюдается новый всплеск социальной борьбы бжедухов. Наиб продолжал политику поддержки местных крестьян в их борьбе против владетелей. В апреле 1854 г. черченейцы пригласили к себе Мухаммед-Амина и принесли наибу присягу на верность. Вслед за черченейцами на его сторону перешли и хамышейцы [21, л. 103 с об.]. Ожидая прибытия османских войск на Северо-Западный Кавказ с началом Крымской войны (1853-1856 гг.), наиб готовился к их встрече. Одновременно шапсугский князь Сефер-бей Заноко, объявив себя предводителем всего народа, вел переговоры с османским правительством о поддержке адыгов против России. Сефер-бей, поддерживаемый адыгской знатью, с помощью Порты сделал ряд попыток проникнуть на Северо-Западный Кавказ и, если удастся, нейтрализовать влияние на местное население наиба Мухаммед-Амина. Сефер-бей прибыл весной 1854 г. в Сухум [36, с. 79]. Оттуда он послал воззвание адыгам, предлагая повстанцам отправить воинские силы в Абхазию для оказания помощи османской армии. Однако повстанцы решительно отказались посылать туда войска, опасаясь оставить свои земли беззащитными [31, с. 197]. Мухаммед-Амин также не прочь был воспользоваться помощью Османской империи и поддержкой султана, чтобы укрепить свои позиции на Северо-Западном Кавказе. Но наиб старался это сделать без ведома Сефер-бея Заноко. С тех пор между ними начинается вражда. Мухаммед-Амин и Сефер-бей, как правильно указывал известный дореволюционный автор Е.Д. Фелицын, представляли собой «два различных начала: один (Сефер-бей. - Авт.) аристократического происхождения и власть, данную извне турецким султаном, а другой (Мухаммед-Амин. - Авт.) - духовное начало и власть, возникшую из среды народа» [36, с. 80]. Следует отметить, что у большинства населения Северо-Западного Кавказа идеи мюридизма не пользовались особым успехом. Основной причиной неудач распространения народно-освободительного движения в крае являлось то, что народные массы видели в нем орудие утверждения власти новой прослойки - старшин и богатеев. Поэтому местное население вело борьбу как против политики российской администрации, так и против организационно-политических мероприятий, проводимых наибами Шамиля. Для наказания населения тех или иных обществ и владений за поддержку отрядов Шамиля официальные власти предпринимали репрессивные меры по отношению к их аманатам, подвергали жителей этих районов аресту, конфисковывали скот и пр. Для достижения своих корыстных целей и разобщения горцев царское командование старалось натравливать одни народы на другие, но желаемых результатов не достигло. Так, ген. А.А. Вельяминов писал военному министру: «Многие полагают, что, заставляя мусульман сражаться друг против друга, мы можем возродить между ними ненависть. Мнение сие мне кажется ошибочным. Сколько раз употребляли мы кумык против чеченцев, чеченцев против кабардинцев, сии последние употреблены были против закубанцев, закубанские ногайцы против абадзехов и шапсугов (адыгские племена. - Авт.), но это не произвело ни малейшей между ними неприязни. Все готовы помогать друг другу к ниспровержению владычества нашего» [25, с. 133-134]. Летом 1855 г. Мухаммед-Амин предпринял попытку утвердить свою власть в Карачае. По приглашению карачаевцев наиб вошел на их территорию во главе адыгских отрядов [4, с. 51-52]. В августе 1855 г. в Карачае началось активное движение по присоединению к Кавказской войне, которое возглавили духовный лидер карачаевцев кадий Магомет-эфенди Хубиев и князь Идрис Карабашев. К этому движению примкнули до 3 тыс. карачаевцев [40, с. 105]. 25 августа в местности Хасаука произошло сражение между объединенными вооруженными отрядами карачаевцев, закубанских адыгов, ногайцев, абазин и царскими войсками под командованием ген. Козловского. Русские войска одержали победу, наиб Мухаммед-Амин ушел в Закубанье, а на Карачай была наложена контрибуция в 20 тыс. руб. серебром [27, с. 49]. Таким образом, движение Мухаммед-Амина в Карачай оказалось неудачным. Однако, несмотря на поражение, и после августа 1855 г. движение карачаевцев не прекращалось. О формальном характере выхода карачаевцев из Кавказской войны свидетельствовал князь М.С. Воронцов, который в своем письме от 15 сентября 1855 г. ген. Г.Р.Эристову отмечал, что «карачаевцы зовут к себе Магомет Амина … пишу в этом письме имена тех Карачаевцев, которые, как говорят, призывали к себе неприятеля: Магомет Крым Шавкалов, Аслан Мурза Дудов, Шемаха Дудов, Бадра Крым Шавкалов, Адиль Карабашев и Куба Эфенди» [27, с. 50]. Кроме того, летом 1855 г. по приказу наиба Мухаммед-Амина западные адыги (абадзехи, шапсуги, темиргоевцы и др.) совершили ряд нападений на Лабинскую линию. Основная задача состояла в том, чтобы снести Белореченское укрепление, построенное в 1851 г. В октябре того же года по призыву Мухаммед-Амина в Майкопском ущелье собралось более 10 тыс. повстанцев. В своем обращении к ним наиб призвал усилить борьбу с царскими войсками и заставить русские власти уничтожить Белореченское укрепление [23, л. 93 с об.]. В 1857 г. произошли значительные волнения среди ногайцев Северо-Западного Кавказа в аулах владетеля Сагат-Гирея. Началось массовое бегство крестьян к горцам, что вызвало большую тревогу не только у самого владельца, но и у русских властей. В связи с этим начальник Усть-Лабинского участка получил приказ послать туда сотню казаков. Восстание было подавлено, но войска по просьбе владельца были оставлены «до того времени, когда он примет все меры к прекращению всякого беспорядка» [29, с. 181]. В Российском государственном военно-историческом архиве хранится документ «по обвинению поручика Даута Утакаева за измену России». Согласно этому документу, житель Кубани ногайский поручик Д. Утакаев в 1854 г. помогал посланникам имама Шамиля на Северо-Западном Кавказе. В августе 1857 г. за активную помощь Шамилю Даут Утакаев был заключен в тюрьму. За его освобождение ходатайствовал джамаат с. Шабазовское, они просили русские власти выдать Д. Утакаева им на поруки. Однако местная администрация отклонила ходатайство джамаата. 24 марта 1858 г. семьи поручика Даута Утакаева, его помощников - Айдара Аджиева и Идриса Муллаева были сосланы «во внутрь России», в частности, Д. Утакаев - в Олонецкую губернию под надзор местных властей. По пути в ссылку Д. Утакаев тяжело заболел и умер, а его товарищи были сосланы в Калужскую и Воронежскую губернии соответственно. В апреле 1857 г. Мухаммед-Амин уехал в Константинополь, дав указание старшинам западноадыгских обществ активизировать действия против царских войск. 24 мая того же года повстанцы вступили в бой с царскими войсками. Потери с обеих сторон были значительными [33, с. 92]. Вскоре повстанцы во главе с племянником Мухаммед-Амина напали на колонну царских отрядов, следовавшую из ст. Тенгинской. В результате ожесточенного боя батальону царских войск был нанесен немалый урон, а потери адыгов составили 10 убитых и 45 раненых. Кроме того, повстанцы были встревожены начавшимся строительством крепости в Майкопском ущелье и просили наиба Мухаммед-Амина вернуться из Турции. Для этого к Мухаммед-Амину был отправлен А. Абуков. Как известно, война, в особенности длительного затяжного характера, приводит к росту социальных противоречий и поляризации общества. Кроме того, длительная война подтачивает силы, истощает ресурсы и ведет к разорению и обнищанию широких масс. То же самое произошло и среди западных адыгов, которые разделились на партии «мира» и «войны». С 1857 г. среди адыгов-абадзехов начала формироваться группа старшин во главе с Н.Берзековым и Х.Хаджимаковым, оппозиционно настроенных к наибу Мухаммед-Амину. Они выступили с призывом не подчиняться наибу и вступить в переговоры с российскими властями для заключения мира. Однако переговоры не состоялись, а военные действия продолжались [24, л. 36, 61]. Между тем, осенью 1857 г. западноадыгский князь Сефер-бей Заноко предпринял попытку создания адыгского государства под своей властью. Сефер-бей обратился с меморандумом на имя императора Александра II. В этом послании он добивался признания независимости Северо-Западного Кавказа от России. Однако попытки Сефер-бея с помощью османов стать во главе народа не увенчались успехом. Требования Сефер-бея были отклонены российским правительством. Россия стремилась установить свое полное политическое господство на всем Кавказе и, естественно, не могла допустить существования адыгского государства. Необходимо отметить, что после окончания Крымской войны усилилось военное давление царизма на «непокорных» северокавказцев. В июле 1859 г. адыги-бжедухи принесли присягу на верность России [2, с. 828]. Вслед за ними подчинились России темиргоевцы, махошевцы, егерухаевцы, бесленеевцы, шахгиреевцы и закубанские кабардинцы [2, с. 824]. 20 ноября 1859 г. Мухаммед-Амин вместе с представителями от адыгов-абадзехов, числом приблизительно до 2 тыс. человек, явился в военный лагерь ген. Г.И. Филипсона и принес присягу на верность императору Александру II. В декабре того же года скончался Сефер-бей Заноко [36, с. 151]. В 1860 г. Мухаммед-Амин посетил столицу России Санкт-Петербург, был принят царем Александром II и навестил Шамиля. Позже Мухаммед-Амин выехал в Турцию и жил там, получая ежегодно пенсию в 3 тыс. руб. от российского правительства. Скончался он, по одним данным, в 1863 г., а по другим - в 1899 г. [37, с. 165].

D S Kidirniyazov

Institute of History, Archaeology and Ethnography, Dagestan Scientific Center, RAS

Email: daniyal2006@yandex.ru

  • Акты кавказской археографической комиссии (далее - АКАК). Тифлис, 1885. Т. 10. - 938 с.
  • АКАК. 1886. Т. 2. - 1238 c.
  • АКАК. 1904. Т. 12. - 1556 c.
  • Баразбиев М.И. Этнокультурные связи балкарцев и карачаевцев в XVIII - начале ХХ века. Нальчик, 2000. - 112 с.
  • Государственный архив Краснодарского края (далее - ГАКК). Ф. 261. Канцелярия начальника Нижне-Кубанской кордонной линии Кубанского казачьего войска. Оп. 1. Д. 1041.
  • ГАКК. Ф. 260. Канцелярия начальника Черноморской береговой линии. Оп. 1. Д. 1010.
  • ГАКК.Ф. 261. Оп. 1. Д. 1112.
  • ГАКК. Ф. 261. Оп. 1. Д. 1041.
  • ГАКК. Ф. 261. Оп. 1. Д. 1119.
  • ГАКК. Ф. 260. Оп. 1. Д. 1194. [1]1. ГАКК. Ф. 261. Оп. 1. Д. 1211.
  • ГАКК. Ф. 261. Оп. 1. Д. 1240.
  • ГАКК.Ф. 260. Оп. 1. Д. 1406.
  • ГАКК. Ф. 261. Оп. 1. Д. 1240.
  • ГАКК. Ф. 260. Оп. 1. Д. 1409.
  • ГАКК. Ф. 260. Оп. 1. Д. 1603.
  • ГАКК. Ф. 261. Оп. 1. Д. 1298.
  • ГАКК. Ф. 261. Оп. 1. Д. 1315.
  • ГАКК.Ф. 260. Оп. 1. Д. 1509.
  • ГАКК.Ф. 261. Оп. 1. Д. 1315.
  • ГАКК. Ф. 261. Оп. 1. Д. 1432.
  • ГАКК. Ф. 261. Оп. 1. Д. 1432.
  • ГАКК. Ф. 261. Оп. 1. Д. 1646.
  • ГАКК. Ф. 670.Коллекция документов по истории Кубанского казачьего войска. Оп.1. Д. 24.
  • Генерал Вельяминов и его значение для истории Кавказской войны // Кавказский сборник. Тифлис, 1883. Т. 7. - 437 с.
  • Дроздов И. Обзор военных действий на Западном Кавказе с 1848-го по 1856-й год//Кавказский сборник. Тифлис, 1866. Т. 10. С. 453-478.
  • Карачаевцы. Балкарцы. М.: Наука, 2014. - 815 с.
  • Карлгоф Н. Магомет-Амин//Кавказский календарь на 1861 год. Тифлис, 1860. C. 82-93.
  • Кидирниязов Д.С. Взаимоотношения ногайцев с народами Северного Кавказа и Россией в XVI-XIX вв. Махачкала, 2003. - 218 с.
  • Короленко П.П. Закубанский край // Ландшафт, этнографические и исторические процессы на Северном Кавказе в XIX - начале XX века. Нальчик, 2004. С. 387-394.
  • Кудаева С.Г. Адыги (черкесы) Северо-Западного Кавказа в XIX в.: процессы трансформации и дифференциации адыгского общества (Изд. II. Дополненное и переработ.). Майкоп, 2014. - 388 с.
  • Лапинский Т. Горцы Кавказа и их освободительная борьба против русских. Нальчик, 1995. - 564 с.
  • Панеш А.Д. Мюридизм и борьба адыгов Северо-Западного Кавказа за независимость (1829-1864 гг.). Майкоп, 2006. - 128 с.
  • Письма Шамиля / Введ., тексты, пер. с араб., коммент., примеч. Х.А. Омарова. Махачкала, 1997. - 320 с.
  • Сысоев В.М. Карачай в географическом, бытовом и историческом отношении//СМОМПК. Вып. 43. Тифлис, 1913. C.147-156.
  • Фелицын Е.Д. Князь Сефер-бей Заноко. Политический деятель и поборник независимости черкесского народа // Кубанский сборник. Екатеринодар, 1904. Т. 10. С.73-81.
  • Чирг А.Ю. Развитие общественно-политического строя адыгов Северо-Западного Кавказа (конец XVIII - 60-е гг. XIX в.). Майкоп, 2002. - 204 с.
  • Чирг А.Ю. Мухаммед-Амин на Северо-Западном Кавказе. Майкоп, 2013. - 194 с.
  • Шамиль - ставленник султанской Турции и английских колонизаторов (Сборник документальных материалов). Тбилиси, 1953. - 558 c.
  • Щербина Ф.А. История Кубанского казачьего войска. Екатеринодар, 1913. Т. 2. - 880 с.

Views

Abstract - 74

PlumX


Copyright (c) 2017 Kidirniyazov D.S.

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 International License.