“PETITION OF NAIMANOV QUBA” OF 1816 AS A NEW SOURCE ON BIOGRAPHY OF THE DAGESTAN SCHOLAR OF THE SECOND HALF OF THE 18TH CENTURY MUHAMMAD IBN ALI AL-DAGISTANI (KAZAKAY-KADI ALIEV)

Abstract


The article elaborates the biography of a prominent Muslim scholar of the second half of the 18th century Muhammad ibn Ali al-Dagistani. The scholar contributed greatly to the renaissance of traditions of Muslim education, especially to the teaching of the Arabic language in Volga region and Ural. Based on the written source “Petition of Naimanov quba”, introduced by the authors into the scientific community for the first time, it became possible to clarify the information already available about this historical figure. Particularly, analysis of the said document allowed us to identify that the real name of Muhammad ibn Ali al-Dagistani was Kazakay-kadi, the son of Ali (Aliev), and the fact of him owning a son – Magomatjan (Muhammadjan), who also was both a teacher in madrasa and a qadi. The article provides an original version of the reasons for the distortion of the scholar’s name. The scholar’s belonging to the Karanogai quba (kin) Naiman, as well as previously unknown information about the return of his son to his father’s homeland have been revealed. The biography of Kazakay-kadi Aliev is verified by the authors based on a critical comparison of the facts provided in the text, and on fragmentary information contained in the works of Shihab ad-Din Marjani, Rizaitdin Fakhretdinov and Nazir ad-Dorgeli, which allowed to specify the circumstances of his appearance in the Orenburg province and his subsequent relocation to the Kazakh steppe, as well as his role in Russian-Kazakh relations.
The reconstruction of the biography of the scholar is supplemented by a list of his most outstanding students. The newly discovered source is of not only historical, but also linguistic interest as a written monument of the North Caucasian Turkic language. The content of the source text is analyzed based on the textological, paleographic and historical-comparative methods of analysis. The document under study contains extensive anthroponymic material that can significantly expand the previously accumulated fund of ancient Nogai proper names.


Несмотря на активную исследовательскую и публикационную работу учёных в последние годы, до сих пор сохраняется немало белых пятен в биографиях дагестанских учёных-арабистов XVIII–XIX вв. Более того, если одним учёным посвящены статьи и даже отдельные монографии, то о других информация крайне скудна. Одной из таких малоизученных фигур является личность Мухаммада ибн Али ал-Дагистани. Краткую информацию о нём давал Назир ад-Доргели, указавший, что он был известен в своё время также под именем Кади Акай [1, с. 60]. Известный татарский просветитель XIX в. шейх Шигабутдин Марджани приводил и другое его прозвище – Димкала-ака [2, с. 219, 220]. Оба названных автора писали, что Мухаммад ибн Али был ссыльным. Известный татаро-башкирский религиозный деятель и просветитель Ризаитдин Фахретдинов приводит еще одно прозвище учёного – «ахун Казакай» [3, с. 68].
Следует отметить огромную роль Мухаммада сына Али, или точнее Казакая-кади сына Али, в деле просвещения башкир, казахов, татар. Р. Фахретдинов сообщает, что ахун Казакай был «первым, кто после завоевания Казани Россией начал преподавать морфологию и синтаксис арабского языка… Его труд во благо мусульман нашего государства неоценим. Его высылка из родного края обернулась для нашего народа большим благом… Из его сочинений ничего не сохранилось» [3, с. 69]. Среди учеников Мухаммада ибн Али ал-Дагистани он называет Абдуссаттара аль-Камиви, Абдуллу бин Муслима, Абдуррахмана бин Мухаммедшарифа аль-Кирмани, Нигматуллу бин Рахматулла аль-Таузыйхи, Субханкула бин Бикмета, Мухаммедсалима бин Рахимкул, Мухаммеда аль-Богави, Рахимкула аль-Калмаши и других [3, с. 68]. Помимо того, известно, что его учениками были первый муфтий Оренбургского Магометанского Духовного Собрания (ОМДС) Мухамметзян Хазрат Хусаинов (1756–1824) [4, с. 9-10], а также шейх суфийского братства накшбандийа-муджаддидийа, педагог, поэт Валид сын Мухаммадамина сын Сулеймана аль-Кайбычи аль-Каргали (Валид-ишан, 1753–1802) [5]. На основе факта работы Казакая-кади в селении Кундрау-Ногай (ныне деревня Кондуровка Саракташского района Оренбургской области) Ю.Н. Гусева ошибочно связывает его с кундровскими ногаями, якобы переселёнными «из равнинного Дагестана» в Оренбуржье в 1745 г. [6, с. 175].
Память Казакая сына Али чтят и в современном Казахстане, свидетельством чего является присвоение его имени одной из улиц города Актобе [7]. Таким образом, речь идет о, безусловно, выдающейся фигуре.
Благодаря счастливой находке нам удалось уточнить некоторые детали биографии Мухаммада ибн Али, в частности его настоящее имя, а также вопрос его этнического и даже родового происхождения. Этим вновь открытым источником является «Прошение Найманова куба» от 1816 года. Названный документ выявлен нами в фонде 350 («Главное приставство караногайского народа») Центрального государственного архива Республики Дагестан. Прошение было подшито в дело, озаглавленное как «Предписание генерала Ермолова, отношения Астраханского губернатора и др. о переселении ногайца Казыева с 7 семействами из Киргиз-Кайсацкой орды в Кизлярский уезд» (на 20 листах), начатое 4 августа 1816 г. и завершённое 27 апреля 1819 г.. Из материалов дела вытекает, что 14 августа 1816 г. (по старому стилю) караногайский пристав асессор П.В. Балуев сообщает в донесении на имя генерала от инфантерии И.Р. Ртищева о желании прибывшего из Оренбургской губернии Магоматжана-ахуна Казакай-Казыева (так в документе) поселиться в подведомственном ему приставстве. В связи с тем, что текст донесения уже ранее был опубликован одним из соавторов данной статьи [8, с. 49–50], в данной публикации мы обратим внимание на другой содержащийся в деле источник, а именно на уже упомянутое выше «Прошение Найманова куба» о разрешении Магоматжан-ахуну Казакай-Казыеву присоединиться к их общине. В связи с исторической и лингвистической ценностью текста мы решились привести его полностью.


Текст оригинала:

 

 

 

 

 

 

 

 

Транслитерация текста прошения:

 

«‘Алишан ал-ма‘али би ал-макан сахиб ал-фадли ва ал-ихсан.
Кулавни фристуф калакийаски асасир Балуйуф хадратларына.
Найман кубнын афандилариндан ва истаршиналарындан ва са‘ир кара халкындан арз-наме.
Кайсудурким бизин бу Кара Ногайда болуп откен Казакай-кади Али оглы бир турлу себеб бирле 1766 йылда Оренбурх шахарына нисбатлануб кеткен икан. Сонгра Уринбурхдан Пукачуфну фасад вактинде кыргыз- казакны огры ва харамилерине душер олуб кархан алуб Кыргыз вилаятына кеткен экен. Кыргыз-казак ичинде рузкар кичуб мазкур Али оглы ол, а‘ла мартаблу йанарал Игелструм хадратлеринин Оринбурх шахарында баш хаким олуб тураган заманда, Кыргыз-казакнын йаман кишилерин тавба-тавфика келтируб, ол улуг импиратур а‘зам падишах хадретлерине и‘тикад ихласын керсетуб хидматынын такабулуна ин‘ам ва ихсан хам йулукуб бир ничи авкат кечдикдан сонгра о лазим аш-шан Аллаху Та‘аланы такдыры ва маши‘аты ийле аджал вакти айырушуб Дар ал-бакага китупдур. Андан сонгра мазкур Али оглыны фарзандасы Мухаммад-джан ахун Шах Император а‘зам хадратларина ихласлу хизметин керсатуб мазкур йанарал инсаф Игелструм хадретлерине ташхид этулуп ‘иззатлу ва хурматлу муфтини хадретинин имтиханийле кыргыз-казак хукмунда олуп ахунлык даражасына кутарулуб хам озине таитланган (?) хизмет лавазимин хар бир тугрида, нуксан кылмайуб йурурайкан хизматлары Оренбурхнун (…) ишлерин ада‘ ва такмил эдинче (…) камеси махкамасыны дафтарларунда йазулмуш олса керек. Эмди мазкур Али оглыйла мундан кетмиш адамлардан хайата калганлары йук имиш, лакин аларда Кыргыз-казакда тувган авладларидан едди уйлу кишилерни ийартуп (?) Ахун Мухаммад-джан Кади оглу Кыргыз-казакны аргысындан Хаварезм шахары кашындан гечуб Урал сувны курбына Оренбурхда баш хаким олуб турмыш пуйаннай кубернатур киназ Болкунскуйдан оказийарлык хазийле линийанын ички тарафына отуп мархум Букай-хан Нур Али оглуну дест тасарруфундагы кыргыз-казакларынын гечуп ва конуб олтурган ерлерунда кышлабдур мазкур Ахун Кади оглы уч йулдашы ийле келуб бизин Караногай халкына махман болду шайды узуникизни хам кируб китапларны изхар ийле керек мазкур ахун талаб кыладур ким таваби‘лары ийле мундагы карындашларына кошулурга чунгар бина сиз давлатлу вам мархаматлу хакимден рижа ва илтимас эдуп Найман вилайатынын жумла улуг ва кучук адамлары тилеймиз ошбу бизум арзымызны кайгусын керюп тийишли ерлерине билдирип ордур чыкарскыз фукара‘ларга эдеген бир дурлу мархаматыкыз олур. (...) баки амр сизинкидур. Ошбу арзымызнын растлыгына Найманны афандилары ва картлары ва гайры халклары кол салдылар. Джумада ал-ахир айны йигирма бешинчи кунунде 1816 йылда.
Ошбуну инабаты ичун бен тержиман Усман Умар оглы кол салдум. Ошбуну инабаты ичун бен тержиман Усман Умар огълы къол салдум; Ошбу арзгъа бен Кади Тавлу Акай оглы Муса кабул болуп кол салдым; Ошбу арзга бен кади Тавлу Акай хаджи кабул оглу кол салдум, кабул олуб; Ошбу кагызга бен Атай-хажи Уркаши оглу кол салдым; Кене Хусайн джаджи Мамат оглы кол салдым; Кене бен Исмаил Мулла Арслан джаджи (хаджи?) оглы кол салдым; Кене Кувватуллах Аллах берди оглы колу салдым; Кене Курман Али афанди Минкли бай оглы кол салдым; Кене Ткрк (?) Аллахберди оглы кол салдым; Кене Атай Хаджи оглы Абдулла кол салдым; Кене Абдулгани Атай Хаджи оглы кол салдым; Кене Мустафа Ибрахим-ага оглы кол салдым; Кене Юсуф Атай хаджи оглы кол салдым; Ва дахы Хасан оглы Юнус кол салдым; Ва дахы Хасан оглы Косга (?) кол салдым; Ва дахы Даут Хусайн хаджи оглы кол салдым; Иса Изамит оглы кол салдым; Кене Авбакар истаршина …кай оглы кол салдым; Ва дахы Умар Усман оглы кол салдым; Ва дахы Юнус мулла … (Ирмамат?) оглы кол салдым; Ва дахы Абдулла Кукай оглы кол салдым; Ва дахы Токтар Курман оглы кол салдым; Ва дахы Салман Хусайн молла оглы кол салдым; Ва дахы Хусайн кол салдым; Ва дахы Абдуррахман Атай хаджи оглы кол салдым; Ва дахы Тавсолтан Мурза Темирхан Мурза оглы кол салдым; Ва дахы Арак хаджи оглы Мухаммад молла кол салдым; Ва дахы Сарсанбай Джумагиши оглы кол салдым; Ва дахы Мингли бай Хаджикай Хаджи оглы кол салдым; Кене Тункатар Хаджикай хаджи оглы кол салдым; Ва дахы Бек… хаджи оглы кол салдым; Ва дахы Иманкул хаджикай хаджи оглы кол салдым; Ва дахы Иса Хасан оглы кол салдым; Ва дахы Джанболат оглы Ильяс кол салдым; Ва дахы Джан… оглы Мингли Али кол салдым; Ва дахы Темир Батырбек оглы кол салдым; Ва дахы Байгази Тлк … кол салдым; Ва дахы Абдуллах Кокай оглы кол салдым; Ва дахы Юсуф Шавай оглы кол салдым; Кене Джумагази Кутлу оглы кол салдым; Кене Абубакар молла … оглы кол салдым; (неразборчиво)…. Ахмад Тавлу (?) оглы кол салдым; Бен Хасан Али Афанди … хаджи … оглы кол салдым; Байгукер хаджи … Абдулгани молла кол салдым; Иса Абакар оглы кол салдым; Казан ага Асанболат оглы. Алиш Абу оглы. Дандик Байтуллах оглы. Дж.й.н Али Кусиб оглы. Асав ва Джанай Газихаджи огланлары. Атай Джыйын Гази Молла оглы. Тилек Джыйынболат Хаджи оглы. Джыйын Гази Кулай оглы. Хидри … Акай оглы. Абдулкарим Кусай оглы. Ахмад Душанбе молла оглы. Нуруллах Кара оглы. Бу мазкур адамлар кол салды. Ва хем хат билмедуклары ичун илтимаслары ийлан бен Юсуф Кара Хаджи оглы хатт яздум ва хем кол салдым.;
Кус.м Бийгелди оглы. Асан Дуниш хаджи оглы. Абдулхалик Юнус оглы. Бавбек Темир оглы. Ошбу мазкур адамлар хат билмедуклери ичунлери ийлан бен Мухаммад Муса Хаджи оглы яздум ва хем кол салдым».

Перевод:
«Достославному, высокосановному обладателю достоинства и благодеяния (милости) главному приставу, коллежскому асессору господину Балуеву.
Прошение от эфендиев, старшин и другого черного люда (кара халк) Найманова куба.
Проживавший в нашем Кара Ногае Казакай-кади Али оглы по определенной причине в 1766 году уехал город Оренбург. Затем из Оренбурга в смутное время Пугачева, будучи захвачен в плен киргиз-казакскими разбойниками, насильно был увезен в вилаят киргизов-казаков. Проживая среди киргиз-казаков, когда главным правителем Оренбурга был высокостепенный генерал-аншеф господин Игелструм, упомянутый сын Али (Али оглы) киргиз-казакских плохих людей привел к покаянию, проявив Великому Императору и Великому Царю искреннюю верность, и за свою службу встретив награды и благодеяние. Затем некоторое время спустя он предопределению и воле Всевышнего Аллаха переселился в обитель вечности.
После этого сын упомянутого Али оглы Мухаммаджан-ахун, показав свою преданную службу Великому Императору, был представлен упомянутому генерал-аншефу Игелструму. Затем он, сдав экзамен достопочтенному и уважаемому муфтию, взошел на степень ахуна у киргиз-казаков. Возложенные на него служебные обязанности он выполнял исправно, без недочетов. Сведения о его службе должны быть записаны в книге записей комиссии суда Оренбурга. Сейчас же людей ушедших с упомянутым Али оглы в живых не осталось. Однако с семью домами людей, родившихся от них в Киргиз-казаке детей, ... Мухаммадджан Кади оглы переехав со стороны киргиз-казака со стороны города Хаварезм прибыл близь реки Урал с письмом-оказией от военного губернатора князя Болконского, главного правителя Оренбурга. Он, переехав во внутреннюю сторону линии, перезимовав в местах кочевий и стоянок киргиз-казаков, находящихся под правлением покойного Букай-хана сына Нурали. Упомянутый Ахун Кади оглы прибыв вместе с тремя своими спутниками к народу Караногая. Упомянутый Ахун просит [разрешения] присоединиться вместе со своими подвластными к тутошним своим родственникам. Основываясь на этом, обращаясь к нашему милосердному правителю (хаким) и мы, все, большие и малые люди вилаята Найман, обращаемся к могущественному и милосердному правителю, просим, поставив в известность необходимые инстанции, рассмотреть это наше прошение и издать приказ, что было бы своего рода милостью, оказанной вами [этим] беднякам.
Для заверения этого нашего прошения эфендии, старейшины и другой люд Наймана подписались.
25 дня джумада ал-ахир 1816 года (23 мая 1816 года)
И для подтверждения этого я, Юсуф-афанди сын Карахажи подписался. И для подтверждения этого я, переводчик Усман сын Умара подписался. Я, Муса сын кадия Тавлу-акай подписал это прошение. Я, кадий Тавлу-акай сын Хаджи Кабула, согласившись с написанным подписал. Эту бумагу я, Атай-хаджи Уркаши оглы, подписал. Еще Хусайн хаджи Мамат оглы подписал. И еще я, Исмаил Мулла Арслан хаджи оглы подписал. Еще Кувватуллах Берди оглы подписал. Еще Курман Али афанди Минкли бай оглы подписал. Еще Ткрк Аллахберди оглы подписал. Еще Атай Хаджи оглы Абдулла подписал. Еще Абдулгани Атай Хаджи оглы подписал. Еще Мустафа Ибрахим агъа оглы подписал. Еще Юсуф Атай хаджи оглы подписал. И еще Хасан оглы Юнус подписал. И еще Хасан оглы Косга (...?) подписал. И еще Даут Хусайн хаджи оглы подписал. Иса Изамит оглы подписал. Еще Авбакар истаршина (...?)кай оглы подписал. И еще Умар Усман оглы подписал. И еще Юнус мулла … оглы подписал. И еще Абдулла Кукай оглы подписал. И еще Токътар Курман оглы подписал. И еще Салман Хусайн молла оглы подписал. И еще Хусайн подписал. И еще Абдуррахман Атай хаджи оглы подписал. И еще Тавсолтан Мурза Темирхан Мурза оглы подписал. И еще Арак хаджи оглы Мухаммад молла подписал. И еще (...?) Джумагиши ага оглы подписал. И еще Мингли бай Хаджикай Хаджи оглы подписал. Также Тункъатар хаджи Кай хаджи оглы подписал. И еще Бек… хаджи оглы подписал. И еще Иманкул хаджи Кай хаджи оглы подписал. И еще Иса Хасан оглы подписал. И еще Джанболат оглы Ильяс подписал. И еще Джан… оглы Мингли Али подписал. И еще Темир Батырбек оглы подписал. И еще Байгази Тлк оглы подписал. И еще Абдуллах Кукай оглы подписал. И еще Юсуф Шавай оглы подписал. Также Джумагази Кутлу оглы подписал. Также Абубакар молла Тилек (?) оглы подписал. …. Ахмад Тавлу (?) оглы подписал. Бен Хасан Али Афанди … хаджи … оглы подписал. Байгукер хаджи … Абдулгани молла подписал. Иса Абакар оглы подписал.
Казан ага Асанболат оглы. Алиш Абу оглы. Дандик Байтуллах оглы. Дж.й.н Али Кусиб оглы. Асав ва Джанай Газихаджи огланлары. Атай Джыйын Гази Молла оглы. Тилек Джыйынболат Хаджи оглы. Джыйын Гази Кулай оглы. Хидри … Акай оглы. Абдулкарим Кусай оглы. Ахмад Душанбе молла оглы. Нуруллах Кара оглы. Эти упомянутые люди подписались. По причине того, что они не могут писать по их просьбе я, Юсуф Кара хаджи оглы [за них] написал и подписался.
Кус.м Бийгелди оглы. Асан Дуниш хаджи оглы. Абдулхалик Юнус оглы. Бавбек Темир оглы. Эти упомянутые люди по причине того, что не знают письма я, Мухаммад Муса Хаджи оглы, написал и подписался [за них]
Чтение и перевод прошения представляли серьёзную проблему в связи с тем, что язык текста это сложная комбинация письменного «северокавказского тюрки», хорошо известного по работам Г. М.-Р. Оразаева [9, с. 64], фонетических форм ногайского и кумыкского языков с вкраплениями отдельных русских и казанско-татарских заимствований. Особенно сложнен разбор ногайских антропонимов, архаизмов, искажённых русских имён, географических объектов и различных терминов.
Из текста прошения и самого донесения становится ясно, что караногаец из куба Найман Казакай-Кади сын Али по «смутным обстоятельствам и доносам злонамеренных людей» вместе с несколькими семьями его родственников был выслан в Оренбургскую губернию. После прихода в Оренбург предводителя Крестьянской войны Е. Пугачева он со своими родными был захвачен «киргизо-кайсаками», то есть казахами в плен и уведен в их владения. Проживая в казахской степи, он, будучи помимо прочего хорошим знатоком мусульманского права, был избран кадием. Его усилия на этом поприще способствовали мирному приведению части казахского народа в российское подданство. Там же, среди казахов, впоследствии он и скончался.
Р. Фахретдинов датирует смерть Казакая-Кади 1796 г. [3, с. 69], что вполне коррелирует с данными документа. Он же указывает и место его смерти – побережье речки Сау-Каен. По свидетельству же А. Каратаева он умер в казахском селе Херсон (некоторый период село называлось Ахун Казакай) Хобдинского района Актюбинской области. По его же данным свои молодые годы Казакай-Кади провел в Аравии [7]. Татарский историк второй половины XIX – первой трети XX в. Мухаммад-Мурад ар-Рамзи же утверждает, что он обучался в Кабуле [10, с. 413, 414].
Под упоминаемым в тексте в связи с путешествием Мухамметджан-ахуна на родину отца городом Хаварезм, вероятнее всего подразумевается город Хива – столица Хивинского ханства, в книжной культуре XVII–XIX вв. именовавшегося Хорезмом (Хаварезмом) [11, с. 298]. Термин «куб» (ног. куьп) традиционно обозначал родоплеменные группы у ногайцев, но к XIX в. в условиях региона приобрел преимущественно административное значение [12, с. 59]. Под упоминаемым в документе «народом Караногая» следует понимать население Караногайского приставства Кавказской губернии, основу которого составляли представители караногайской субэтнической группы, восходящей к Большой Ногайской Орде [13, с. 22]. Отметим, что современный немецкий историк М. Кемпер приводит сведения о том, что вопреки содержащемуся в «Прошении…» утверждению о том, что Казакай-кади во время пугачевского восстания был «захвачен в плен киргиз-казакскими разбойниками и насильно был увезен в вилаят киргизов-казаков», в действительности он добровольно примкнул к повстанцам и был вынужден бежать в степь [14, с. 70]. Поясним что под «вилаятом киргиз-казаков» в тексте подразумевается часть современной Казахской степи. Сам термин «киргиз-казак» – это тюркская книжная калька русского экзоэтнонима киргиз-кайсак, использовавшегося в отношении казахов на протяжении XVIII–XIX вв. [15, с. 23–27].
В ходе исследования биографии Казакай-Кади Алиева возник вопрос, отчего его имя в источниках начала XX в. значится как Мухаммад ибн Али ал-Дагестани. Мы склоны считать, что, спустя сто лет после смерти Казакай-Кади судьба, отчество отца (Казакая сына Али) и имя сына (Мухамметджан), продолжившего его дело, в памяти людей, ориентировавшихся в лучшем случае на рассказы пожилых учеников ногайского кадия и разрозненные письменные свидетельства, соединились в имени и образе Мухаммада ибн Али.
Подобное искажение долгое время не позволяло детально разобраться в биографии ученого второй половины XVIII в. Нисба Дагестани могла возникнуть как вследствие применения татарами второй половины XVIII–XIX вв. историко-географического термина Дагестан в отношении всего Северо-Восточного Кавказа. Кроме того, на его возникновение могло повлиять факт учебы самого Казакай-Кади в одном из дагестанских медресе. По данным, Р. Фахретдинова учителем Казакая являлся Ахмад ал-Дагестани, учившийся в свою очередь у Мухаммеда ал-Кудуки, обучавшегося у Дауда ал-Дагестани (он же Дауд Усишинский), и ахун мог получить свою нисбу в честь учителя или места учёбы [3, с. 69]. Известно, что вплоть до конца XVIII в. дагестанские религиозные центры успешно конкурировали со среднеазиатскими и оказывали благотворное воздействие на формирование виднейших умов татарского реформизма XVIII–XIX вв. В поисках знаний дагестанские медресе посещали такие авторитетные представители татарского просвещения, как Муртаза Кутлугуш ас-Симави, Таджедин Ялчыгол, Абу-Наср Курсави, Мухаммад Шариф Ахун и др. [16, с. 121, 162; 17, с. 6, 86]. Известны также факты обучения ногайских муталимов, например, в аксаевском медресе [18, с. 168–171].
Таким образом, вновь вводимый нами в научный оборот документ позволяет заполнить значительную часть пробелов в биографии выдающегося просветителя своего времени. Отметим также, что текст «Прошения Найманова куба» имеет самостоятельное научное значение и может быть полезным при проведении историко-лингвистического анализа северокавказского тюрки. Текстологическая ценность исследуемого документа заключается в том, что его лексика ярко демонстрирует, характерное для начала XIX в. растущее проникновение в так называемое «северокавказское тюрки» форм живых тюркских языков. Помимо того, содержащиеся в документе имена собственные могут дополнить ранее накопленный фонд ногайских антропонимов [20].
В ходе исследования биографии Казакай-Кади Алиева возник вопрос, отчего его имя в источниках начала XX в. значится как Мухаммад ибн Али ал-Дагестани. Мы склоны считать, что, спустя сто лет после смерти Казакай-Кади судьба, отчество отца (Казакая сына Али) и имя сына (Мухамметджан), продолжившего его дело, в памяти людей, ориентировавшихся в лучшем случае на рассказы пожилых учеников ногайского кадия и разрозненные письменные свидетельства, соединились в имени и образе Мухаммада ибн Али.
Подобное искажение долгое время не позволяло детально разобраться в биографии ученого второй половины XVIII в. Нисба Дагестани могла возникнуть как вследствие применения татарами второй половины XVIII–XIX вв. историко-географического термина Дагестан в отношении всего Северо-Восточного Кавказа. Кроме того, на его возникновение могло повлиять факт учебы самого Казакай-Кади в одном из дагестанских медресе. По данным, Р. Фахретдинова учителем Казакая являлся Ахмад ал-Дагестани, учившийся в свою очередь у Мухаммеда ал-Кудуки, обучавшегося у Дауда ал-Дагестани (он же Дауд Усишинский), и ахун мог получить свою нисбу в честь учителя или места учёбы [3, с. 69]. Известно, что вплоть до конца XVIII в. дагестанские религиозные центры успешно конкурировали со среднеазиатскими и оказывали благотворное воздействие на формирование виднейших умов татарского реформизма XVIII–XIX вв. В поисках знаний дагестанские медресе посещали такие авторитетные представители татарского просвещения, как Муртаза Кутлугуш ас-Симави, Таджедин Ялчыгол, Абу-Наср Курсави, Мухаммад Шариф Ахун и др. [16, с. 121, 162; 17, с. 6, 86]. Известны также факты обучения ногайских муталимов, например, в аксаевском медресе [18, с. 168–171].
Возвращаясь к тексту о судьбе Мухамметджана Казакай-Казыева, отметим, что хотя обсуждение их судьбы затянулось на семь месяцев, тем не менее, сменивший И.Р. Ртищева генерал А.П. Ермолов выразил согласие на причисление Мухамметджана с его семейством «в Найманов однородцев его куб».
Таким образом, вновь вводимый нами в научный оборот документ позволяет заполнить значительную часть пробелов в биографии выдающегося просветителя своего времени. Отметим также, что текст «Прошения Найманова куба» имеет самостоятельное научное значение и может быть полезным при проведении историко-лингвистического анализа северокавказского тюрки. Текстологическая ценность исследуемого документа заключается в том, что его лексика ярко демонстрирует, характерное для начала XIX в. растущее проникновение в так называемое «северокавказское тюрки» форм живых тюркских языков. Помимо того, содержащиеся в документе имена собственные могут дополнить ранее накопленный фонд ногайских антропонимов [20].

Ismail I. Hanmurzaev

Institute of History, Archaeology and Ethnography of Daghestan Scientific Centre, Russian Academy of Sciences

Email: xanmurzaev@yandex.ru
SPIN-code: 1053-6630

Russian Federation

Junior Researcher,

the Oriental Studies Department of the

 Institute of History, Archeology and Ethnography of the Daghestan Federal Research Centre of RAS

Yusup M. Idrisov

Дагестанское отделение фонда «Исторический парк «Россия – моя история», Махачкала, Россия

Author for correspondence.
Email: markes06@mail.ru
SPIN-code: 3800-0496

Russian Federation

Ph.D. (in History)

  • REFERENCES
  • Nazir ad-Durgeli. Delight of minds in the biographies of Dagestan scholars [Uslada umov v biografiyakh dagestanskikh uchenykh]. M.: Mardzhani Publ., 2012. (In Russ.)
  • Shihab ad-din al-Marjani al-Kazan. Mustafad al-Akhbar fi ahwal Kazan wa Bulgar. Kazan, 1900: 414.(In Tatar.)
  • Rizauddin bin Fahruddin. Asar. The book of biographies, dates of birth and death, and other events from the life of Muslim scholars of our state [Kniga o biografiyakh, datakh rozhdeniya i smerti, o drugikh sobytiyakh iz zhizni musul'manskikh uchenykh nashego gosudarstva]. Vol. I. Kazan: Idel-Press, 2016.
  • Yakupov V. The All-Russian Muftiate and its Mufti [Obshcherossiyskiy muftiyat i yego muftii]. - Kazan, 1426 Hijra (2005). (In Russ.)
  • Khabutdinov A. Abdurrahman bin Muhammadsharif al-Kirmani: from Kasimov to Kargala [Abdurrakhman bin Mukhammadsharif al-Kirmani: ot Kasimova k Kargale] [Electronic resource] Web address: https://www.islamrf.ru/news/culture/legacy/20577/(date of access 04.08.2019).
  • Guseva Y.N. Ishanism as a Sufi tradition of the Middle Volga in the 20th century: forms and meanings - a list of personalities [Ishanizm kak sufiyskaya traditsiya Sredney Volgi v XX veke: formy, smysly, znacheniye – spisok personaliy]. M.: Medina Publishing House, 2013. (In Russ.)
  • Karataev Abat. Akhuna Street [Ulitsa imeni akhuna] [Electronic resource]. Web address: https://avestnik.kz/sdelano-v-kargalinskom-sdelano-s-umom (accessed date: 03.08.2019).
  • Idrisov Y.M. Nogai-Russian relations on the steppe frontier and in the North-Western Caspian region in the XVIII - the first half of the XIX centuries [Nogaysko-russkiye otnosheniya na stepnom frontire i v Severo-Zapadnom Prikaspiye v XVIII – pervoy polovine XIX vv. Socialization of the Turkic-speaking youth of Russia in the context of globalization and the formation of the Russian nation [Sotsializatsiya tyurkoyazychnoy molodezhi Rossii v usloviyakh globalizatsii i formirovaniya rossiyskoy natsii]. M., 2019: 49-52. (In Russ.)
  • Orazaev G.M.-R. Turkic-language business correspondence in the North Caucasus of the 17th – 19th centuries. Studies, texts, comments [Tyurkoyazychnaya delovaya perepiska na Severnom Kavkaze XVII–XIX vv. Issledovaniya, teksty, kommentarii.]. Makhachkala: Publishing house of the DSC RAS, 2007. (In Russ.)
  • Ar-Ramsey M.M. Talfik al-ahbar wa talky al-asar fi wakai kazan wa Bulgar vul muluk al-tatar. Al-Mujallad al-sani. Orinburg: al-matba a as-sakariyya wa al-husainiyya. 1908
  • Documents of the archive of Khivan khans on the history and ethnography of Karakalpaks / Selected documents, introduction, notes and appendix by Y.E. Bregel [Dokumenty arkhiva khivinskikh khanov po istorii i etnografii karakalpakov / Podbor dokumentov, vvedeniye, primechaniya i ukazateli YU.E. Bregelya]. M.: Nauka, 1967. (In Russ.)
  • Gadzhieva S.S. Studies on the history of family and marriage among the Nogais of the 19th – early 20th centuries [Ocherki istorii sem'i i braka u nogaytsev XIX –nachala XX v.]. M.: Nauka, 1979. (In Russ.)
  • Cherkesova A.A. Music of the oral tradition of the Nogais of the North Caucasus [Muzyka ustnoy traditsii nogaytsev Severnogo Kavkaza]: dissertation. Rostov-on-Don, 2018. (In Russ.)
  • Kemper M. Sufi and scholars in Tatarstan and Bashkortostan (1789–1889). Islamic discourse under Russian rule [Sufii i uchenyye v Tatarstane i Bashkortostane (1789–1889). Islamskiy diskurs pod russkim gospodstvom.]. Kazan, 2008. (In Russ.)
  • Erofeeva I.V. How the Kazakhs became Kyrgyz. On the history of a terminological confusion [Kak kazakhi stali kirgizami. K istorii odnoy terminologicheskoy putanitsy] Astana. 2005. № 5 (24): 23–27. (In Russ.)
  • Frank A.J. Islamic historiography and the "Bulgarian" identity of the Tatars and Bashkirs in Russia [Islamskaya istoriografiya i «bulgarskaya» identichnost' tatar i bashkir v Rossii]. Kazan: Russian Islamic Studies, 2008. (In Russ.)
  • Akbiev S.K. The connection of time and the friendship of literature [Svyaz' vremon i druzhba literatur]. - Makhachkala: Dagknigoizdat, 1985.
  • Khanmurzaev I.I. Information about the Nogais in the materials of the "Aksai" manuscripts [Svedeniya o nogaytsakh v materialakh "aksayskikh" rukopisey] Nogais: XXI century. Story. Language. The culture. From the Origins to the Future Materials of the Second International Scientific and Practical Conference. Cherkessk, 2016: 168–171.(In Russ.)
  • Bulgarova M. Nogai proper names [Nogayskiye imena sobstvennyye]. Cherkessk: Karachay-Cherkess Republican Book Publishing, 2016. (In Russ.)

Supplementary files

There are no supplementary files to display.

Views

Abstract - 92

PDF (Russian) - 29

PlumX


Copyright (c) 2019 Hanmurzaev I., Idrisov Y.M.

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 International License.