РЕГУЛИРОВАНИЕ ВОПРОСОВ СОВЕРШЕНИЯ ТАИНСТВА КРЕЩЕНИЯ И ЦЕРКОВНЫХ ТРЕБ В КОНТЕКСТЕ РУССКО-АРМЯНСКИХ МЕЖКОНФЕССИОНАЛЬНЫХ СВЯЗЕЙ (1828–1905 гг.)

Аннотация

В статье предпринята попытка анализа регулирования ситуаций, в ходе которых для совершения таинства крещения и других церковных треб лица православного исповедания обращались к священникам Армянской апостольской церкви, а лица армянского исповедания – к православным священникам. При этом речь не шла о перемене религиозной принадлежности. Установлено, что такие ситуации происходили из-за вынужденных обстоятельств, однако они влекли за собой негативные последствия государственно-правового, церковно-канонического, бытового характера и приводили к разделению семей по конфессиональному признаку. Например, факт крещения армянским священником ребенка, родившимся у православных супругов, расценивался как «совращение из православия», даже если он был вызван опасной болезнью новорожденного. Если же ребенок-армянин был крещен по православному чину, то формально он становился членом Православной церкви, в то время как его родители продолжали принадлежать Армянской церкви.

Источниковой базой исследования послужили законодательные источники и материалы делопроизводства из фондов Национального архива Армении и Российского государственного исторического архива. Методологически статья построена на систематизации, классификации и анализе указанных документов. Для сопоставления фактов и событий, выявления процесса регулирования церковно-практических ситуаций и определения их роли в истории русско-армянских конфессиональных связей был применен принятый в отечественной науке сравнительно-исторический метод. Сделаны выводы о том, что, во-первых, вхождение Восточной Армении и Армянской апостольской церкви в состав России привело к возникновению ситуаций церковно-практического характера, которые необходимо было регулировать на основе российского законодательства органами управления обеих церквей. Во-вторых, указ Эчмиадзинского синода 1854 г., действовавший до 1899 г., предоставил армянским священникам право совершения всех церковных таинств в отношении армянских детей, крещенных в младенческом возрасте по православному обряду, при условии, что родители, будучи армянского вероисповедания, не давали письменного обязательства воспитывать их в православной вере. В-третьих, покровительственная политика империи в отношении православия и господствующее положение Русской церкви приводили к осложнению взаимоотношений православного духовенства со священнослужителями Армянской церкви. В случаях, когда представители обеих церквей имели исходные равные права на совершение публичных церковных действий (например, чина водоосвящения в праздник Крещения Господня в пределах одного города), первенство, а в отдельных случаях (как, например, в 1858 г. в Астрахани) – исключительное право, предоставлялось Русской церкви.