History, Archeology and Ethnography of the Caucasus

Введение

Целью данного исследования является введение в научный оборот результатов анализа археозоологической коллекции из поселения Верхненойберское 1. В процессе работы решались задачи по изучению роли охоты и скотоводства в жизни населения, сделана попытка реконструировать характер получения мясных продуктов и представить характеристику направлений хозяйственных отраслей, которые обеспечивали животным белком людей данного поселения.

В 2022–2023 гг. Кавказская археологическая экспедиция Института археологии РАН под руководством В.Ю. Малашева проводила охранно-спасательные археологические раскопки в Гудермесском районе Чеченской Республики «Строительство и реконструкция автомобильной дороги М-29 «Кавказ» – из Краснодара через Грозный, Махачкалу до границы с Азербайджанской Республикой». Работами на Верхненойберском 1-ом поселении руководила Э.Д. Зиливинская.

Об особенностях животноводства на Кавказе в прошлые исторические эпохи известно крайне мало. Литературные источники немногочисленны, сведения в них отрывочны. Имеются сообщения о преимущественном разведении мелкого рогатого скота на основе обнаруженных костных остатков в аланских катакомбах окрестностей Кисловодска [1 с. 29]. Рената Эберсбах, швейцарский исследователь, приводит расчёты потребления продуктов питания на одного человека в Кисловодской долине в 1 тыс. н.э. [2]. О преобладании мелкого рогатого скота как заупокойной пищи в катакомбных захоронениях в различных районах Северного Кавказа сообщает Д.С. Коробов [3, с. 199–214]. Он же отмечает значительное количество костей мелкого рогатого скота и лошадей в пищевых отходах того же времени в  Кисловодской долине.

Некоторый интерес представляет работа Я.В. Березина и А.К. Швыревой о фауне поселения Энергетик II–Ш вв. н.э. в окрестностях Пятигорска [4]. Авторами отмечено значительное количество костей крупного рогатого скота, но следует отметить, что в процессе предварительной сортировки было отброшено большое количество костей, что могло существенно исказить реальную картину.

Нами опубликовано две работы по изучению костных остатков из поселений Северного Кавказа: поселение V–VII вв. н.э. Галанчожского район Чеченской Республики [5] и раннесредневековое Хумаринское городище в Карачаево-Черкессии [6].

Таким образом, мы располагаем крайне ограниченной информацией об охоте, рыболовстве и животноводстве, которые в значительной степени определяли экономику и уклад жизни людей Кавказа. Причём мы обладаем разрозненными исследованиями лишь некоторых временных границ и небольших отдельных территориальных участков. Физико-географические условия и климат резко отличаются в разных районах Кавказа, от степных участков до высокогорных районов, что несомненно влияло на хозяйственную деятельность жителей. Остеологический материал из археологических памятников позволяет охарактеризовать аспекты хозяйства, даже если это материал Нового времени, точнее – XVII  – начала XIX в. Письменные источники далеко не всегда несут объективную и полную информацию. Археобиологические материалы отражают производство, особенности потребления, обмена, торговли и т.д. Один из массовых археологических материалов – кости животных из кухонных отходов используется в настоящее время для реконструкции системы мясного потребления, характеристики различных направлений хозяйственной деятельности населения. Поэтому представляются важными и ценными публикации по исследованию костных остатков животных из поселений любых исторических эпох из разных районов Кавказа. В данной работе использовались современные методы исследования остеологического материала [7; 8 и др.]. Определение костей проводилось по определителям костей [9; 10] и личной коллекции Мягковой Ю.Я.

Археологический контекст

Общая площадь раскопок поселения Верхненойберское 1 составила 57707,18 кв. м. Поселение расположено на равнине, недалеко от пос. Верхний Нойбер в 15 км к ЮВ от Гудермеса (рис. 1). Поселение датируется XVII – первой половиной XIX в. Раскопки показали, что в зону строительства само ­поселение не попало, а на территории, которую необходимо было исследовать, находится его округа (рис. 2). Вся исследуемая площадь была поделена на 193 участка. Часть из них не содержала каких-либо сооружений, и культурный слой на них отсутствовал. Местами встречались отдельные постройки, топочные камеры и хозяйственные ямы. Вокруг сооружений находились пятна культурного слоя, мощность которого достигала 3–5 пластов.

Постройки, которых было исследовано около 70, представляли собой легкие каркасные конструкции, кровля которых опиралась на многочисленные столбы, вкопанные в землю. Сооружения, в среднем, небольшие по размерам – 5–6×3–4 м, но встречаются и более крупные – длиной до 15 м. В стенках некоторых сооружений были зафиксированы топочные камеры в виде прямоугольных в плане ниш с  прокаленными стенками и дном. В отдельных постройках по дну проходил дымоходный канал, перекрытый сверху деревянными плахами, покрытыми глиной. Исследованные сооружения, скорее всего, представляли собой сезонные постройки для обработки сельхозпродукции. В них могли сушить кукурузу и фрукты, а в сооружениях с дымоходами – коптить мясо.

Еще одним распространенным типом хозяйственных сооружений являются так называемые «топочные камеры». Они представляли собой прямоугольные, сильно вытянутые ямы с ровными отвесными стенками и горизонтальным дном. Длина их составляла 4–5 м, ширина 50–60 см и глубина 1–1,3  м. Стенки и дно камер были прокалены до красного цвета, в заполнении было много золы.

Также на исследованной территории находилось большое количество различных ям. Отличительной особенностью большинства из них являются неровные стенки с большим количеством ниш и подбоев и неровное дно, изрытое ямами меньших размеров. Эти ямы, скорее всего, были выкопаны для добычи глины.

Среди них выделяется яма 2 на участке 2 (рис. 3, 4). Яма была прослежена на уровне материка как огромное пятно горелого слоя черно-красного цвета и золы. Прослойки различного цвета образовывали неправильные концентрические окружности и спирали, что указывало на то, что заполнение имело «просадку» в средней части. Яма 2 имела круглую форму, ее диаметр в верхней части составлял 9,8 м. Верхняя часть заполнения на глубину до 2,0 м состояла из горелого слоя, состоящего из прокаленного докрасна суглинка и прослоек серой золы, древесных угольков и копоти. В нижней части находился желтый рыхлый материковый суглинок мощностью до 2,2 м. Яма имела неровные стенки, которые ступенчато опускались ко дну, и в вертикальных их поверхностях были сделаны многочисленные ниши. С южной стороны были сделаны четыре большие ступени. Дно ямы также было неровным, в нем были выкопаны ямы различных размеров. Общая глубина ямы достигала 4 м. По всей вероятности, она являлась карьером для выборки глины. Этим объясняется неровная конфигурация ее стенок и наличие большого количества ям, ниш и «закопушек», из которых вынимали глину. Для того, чтобы было удобнее заходить в карьер и выходить из него с южной стороны были сделаны ступени.

Впоследствии яма была превращена в свалку. В ее заполнении было найдено много фрагментов керамики и огромное количество костей животных. Среди последних выделяется находка 26 скелетов собак. Некоторые сохранились полностью, некоторые – частично. Скелеты собак найдены на разных уровнях, то есть, скорее всего, захоронены были не одновременно. Вероятно, когда яма 2 использовалась в качестве свалки, туда сбрасывалось много органических остатков, включая трупы собак. Из  соображений санитарии, эти остатки сжигались, в результате чего в яме накопился мощный горелый слой. Кроме скелетов собак в яме обнаружено большое количество фрагментов костей млекопитающих (табл. 1), на большинстве которых имелись следы разрубов, т.е. они представляли собой пищевые отходы.

Материалы и наблюдения

Кости животных в большом количестве встречались в культурном слое, сооружениях и ямах. Общий объём собранных костных остатков составляет 11881 экз., которые относились к трём классам позвоночных животных: костные рыбы, птицы, млекопитающие. Также была обнаружена одна раковина моллюска.

Моллюски двустворчатые. В наличии имелась одна раковина двустворчатого моллюска – сердцевидка разноцветная. Этот вид нередко встречается в солоноватых водоёмах. Раковина могла попасть на поселение случайно.

Костные рыбы. Обнаружено 68 костей рыб. В основном кости рыб находились в ямах: осетровые (до вида не определено) – 15, осётр – 35, сом – 15 костей. И ещё три кости осетровых были найдены в  пластах 2, 3 и 5.

Птицы. Найдено 42 кости птиц, преимущественно диких: 4 кости от крупных птиц, 33 кости от птиц среднего размера, 5 костей от мелких птиц. Почти все кости птиц находились в сооружениях и ямах. Кости птиц переданы на определение зав. кабинетом палеоорнитологии Н. Зеленкову (Палеонтологический институт им. А.А. Борисяка, Москва).

Млекопитающие. Остальные кости принадлежали млекопитающим: 11659 костей, из них 10514 разрозненных костей и 46 целых скелетов или их крупных фрагментов (в общей сложности 1145 костей). Кости имели хорошую сохранность – 4–5 баллов (по 5-балльной шкале).

В связи со значительной фрагментарностью костей представилось возможным определить до вида 7384 (70%) разрозненных костей. Наиболее целые кости находились в яме 2 на участке 2 – здесь определено 85% костей. В пластах 4–5 определено 72% костей, меньше – 50–60% – в других ямах и в верхних пластах. Наименьшее количество костей определено до вида – 40–50% в сооружениях и из пласта 3, где, видимо, кости подвергались дополнительному воздействию внешних факторов. До вида определено также 47 крупных фрагментов скелетов млекопитающих.

Костей диких млекопитающих мало (n = 67): олень благородный, лисица обыкновенная, косуля, заяц, кабан, лесная кошка (табл. 1).

Олень благородный (Cervus elaphus). Значительная часть фрагментов скелета оленя – это рога. Часть из них просто фрагменты (n = 7), часть отпилены (может быть отрублены) – 23 фрагмента и ещё 2 – это изделия из рогов (вероятно, рукоятки для ножа). Предположительно рога были подобраны в  окрестных лесах, то есть мясо этих особей, вероятно, не употреблялось в пищу. И лишь 13 фрагментов от трубчатых костей и от лопаток, вероятнее всего, осталось от убитых и съеденных особей.

Кабан (Sus scrofa). Найден 1 череп (участок 2, яма 2) и 6 костей посткраниального скелета. Кости домашних и диких свиней мало отличимы друг от друга. Поэтому полностью нельзя исключить, что это кости от крупных домашних свиней.

Таблица 1. Количество костей и их фрагментов млекопитающих, обнаруженных на поселении.

Table 1. Number of mammal bones and their fragments from the settlement.

Усл. обозначения: Количество целых скелетов или их крупных фрагментов: 1С – собаки, 1Б – быка домашнего, 1Кш – кошки домашней, 1О – овцы домашней, 1Лс – лисицы, 1К – козы домашней, 1Х – разных млекопитающих

Лисица (Vulpes vulpes). Кости целые, имеют светлую окраску. Предположительно, в поселение попали случайно и в более позднее время.

Заяц (Lepus europaeus) . Обнаружена единственная кость – тазовая.

Кошка лесная (Felis silvestris) – 1 кость.

Косуля (Capreolus capreolus). Кости косули найдены в небольшом количестве и только от взрослых особей: два фрагмента нижней челюсти и пять почти целых нижних челюстей, берцовая, два фрагмента лопатки и одна целая лопатка. На фрагментах есть следы разрубов.

Кости диких млекопитающих составили всего лишь 0,6% от всех определённых до вида костей, соответственно, дикие животные не играли существенной роли в обеспечении мясной пищей людей поселения, и охота не занимала важное место в их жизни. Остальные кости (n = 7364) принадлежали обычным домашним животным.

Собака (Canis familiaris). Найдено 83 разрозненные кости и 39 крупных фрагментов скелетов (рис.  4). Среди разрозненных костей большинство (75%) – это целые кости, фрагментов значительно меньше (25%).

Обращает на себя внимание значительное количество костей собак в целом, особенно много их  в  яме 2 на участке 2. Было проведено изучение этих костей, прежде всего, для установления вида: шакал-собака-волк. Мы считаем, что это кости именно собак, а не шакалов или волков:

– обнаруженные кости крупнее, чем у шакалов, и лишь некоторые из них по размерам почти равны костям волка;

– хотя кости собак и шакалов схожи, но некоторые особенности строения рассматриваемых костей свидетельствуют об их принадлежности именно собакам. Определение проводилось с использованием разработок В.И. Громовой, И.М. Громова [9; 10] и личной коллекции;

– промеры костей и рост этих собак в холке варьируют в большой степени (рис. 6). Такое большое варьирование размеров костей характерно только для домашних животных, особенно при бессознательном отборе. Вызывает сомнение в определении вида двух самых крупных особей, размеры которых соответствуют размерам некрупных волков. Вместе с тем собаки содержались, вероятно, достаточно свободно, поэтому возможно скрещивание собак и волков. На рис. 7 приведены черепа самой крупной собаки № 1, средней по размерам № 6 и самой маленькой собаки № 21. Эти же собаки отмечены под такими же номерами (№ 1, 6 и 21) на рис. 5 и рис. 8.

Рост собак, кости которых обнаружены на раскопе, колебался от 49 до 72 см в холке, в среднем 57 см (n = 31). По росту большинство собак были примерно с современную лайку, и несколько особей, более крупные, приблизительно размером с овчарку. Все собаки – мезоцефалы.

В яме 2, участок 2 кости собак целые, не раздроблены. Представлены почти все кости скелета (рис.  5). Отсутствуют некоторые мелкие кости: предплюсневые и запястные и третьи фаланги, но это мелкие кости, их не всегда выбирают из грунта. Сложно было точно соотнести какие кости принадлежали какой конкретной особи. Разбор на особи проводился с учётом местонахождения, размеров, наличия или отсутствия синостозов трубчатых костей. Ответить на вопрос, где находятся остальные кости, проблематично.

Причины такого скопления останков собак в одном месте (яма 2) не ясны. Какие-либо следы, что собаки были убиты (ножом, огнестрельным оружием), не обнаружены. Собаки погибли в разные годы, не одномоментно. По этому поводу можно высказать две гипотезы:

– гибель собак произошла вследствие какой-либо инфекционной болезни, то есть гибель от вполне естественных причин. Возбудители ряда заболеваний могут сохраняться в окружающей среде достаточно долго. Собаки могут быть сами носителями возбудителей некоторых заболеваний (например, при гемобартонеллезе), или же возбудители сохранялись в окружающей среде. Например, сохранение бабезий – возбудителей пироплазмоза и заражение ими собак через пастбищных клещей. Некоторые животные (например, при гемобартонеллезе), с одной стороны, могут быть переносчиками возбудителей, с другой – носители инфекции могут заболеть сами при ухудшении условий (питание, неблагоприятные климатические условия, ослабление организма вследствие заражения гельминтами и т.п.). Поэтому гибель значительного количества животных могла происходить в течение нескольких лет;

– вторая гипотеза – массовое уничтожение собак людьми в связи со сменой религиозных воззрений. В исламе собака считается нечистым (араб. наджаса), грязным животным, и её содержание не рекомендуется. Во всяком случае, собак нельзя содержать ради развлечения, нельзя держать в доме. ­Согласно нормам ислама, если же происходил телесный контакт человека с собакой (особенно, со  слюной собаки), то необходимо, по меньшей мере, помыть место контакта (одежду, участок тела), совершить малое омовение (тахарат), чтобы выйти из состояния ритуальной нечистоты, осквернения. Вместе с тем, мы не располагаем данными о массовом уничтожении собак. В настоящее время могут иногда умертвить собаку, в которую якобы вселился шайтан. Согласно хадисам, это чёрная собака с  двумя белыми отметинами [11, c. 1572].

Собаки, кости которых обнаружены в других местах поселения (рис. 8), практически ничем не отличаются от собак в яме 2.

Кошка (Felis catus). Найдено 4 отдельных кости и 2 крупных фрагмента скелетов. Кости кошек обнаружены в очагах и в ямах. Количество костей кошки не свидетельствует об их относительной малочисленности, так как они в случае болезни часто забиваются в укромное место, и их кости редко попадают в ямы с «кухонными отходами».

Бык домашний (Bos taurus). В целом костей крупного рогатого скота (n = 2951) существенно меньше, чем костей мелкого рогатого скота (n = 3832), но такое соотношение в разных местах раскопа различно (табл. 1). Почти целых скелета было только два.

Количество обнаруженных фрагментов рогов – 28, то есть рога составляют 1,4% от общего количества костей быка. Согласно принятым расчётам [12] популяция была рогатой. Длина рогов по большой кривизне 135, 165 см. Рога слабо изогнуты, длина по радиусу – 95, 130 см. Некоторые промеры рогов представлены в таблице 9.

Согласно усреднённым коэффициентам [12], рост особей следующий: 96, 100, 103, 105, 107, 108, 109, 113, 114, 116, 117, 118, 119, 121, 121, 121, 122, 123, 123, 123 см в холке. То есть крупный рогатый скот был малорослым, с небольшими рогами. Такой скот был малопродуктивным, но, вероятно, более приспособленным к местным условиям. Благодаря особенностям строения и, скорее всего, наличия густой шерсти, теплоотдача была минимальной. Большую часть года такой скот мог находиться под открытым небом. Запасы сена могли быть небольшими – на случай особо холодных и снежных зимних дней.

Судя по их пропорциям, 3 кости (21%) принадлежали быкам, 2 кости (13 %) – волам и 10 костей (66%) – коровам. Количество пястных костей, по которым можно определить пол, было небольшим, поэтому данные о соотношении особей разного пола статистически не достоверно.

Судя по наличию трубчатых костей (n = 129), у которых эпифизы не срослись с диафизами, 30% особей были моложе 4-х лет. Сходные цифры получаются и на основе анализа зубной системы – 27%.

Судя по состоянию зубной системы, молодые особи забивались в разном возрасте (табл. 2). Значительная часть забивалась возрасте около 2–3-х лет, скорее всего, происходила выбраковка части бычков, так как в это время бычки достигают значительной массы (около 100 кг).

Таблица 2. Возраст особей крупного рогатого скота по состоянию зубной системы.

Table 2. Age distribution of cattle based on dental analysis.

На участке 12, в яме 3 обнаружен крупный фрагмент черепа с прямым междурожьем и некрупными рогами (рис. 9). На участке 82 в сооружении 2 обнаружены череп и дистальные части конечностей крупной особи, предположительно быка домашнего. Точное определение вида затруднено, так как череп был сильно раздроблен. Все кости принадлежали особи в возрасте примерно 18–28 месяцев (М3  не  прорезался), диафизы метаподий ещё не срослись с дистальными эпифизами, то есть рост костей животного ещё продолжался.

Мелкий рогатый скот представлен обычными видами: овца домашняя (Ovis aries) и коза домашняя (Capra hircus). Всего обнаружено 3832 фрагмента костей, из которых лишь третью часть представилось возможным определить до вида: 974 кости (76%) – овца домашняя и 307 костей (24%) – коза домашняя.

Рост овец установлен для 11 особей: 51, 53, 55, 55, 57, 62, 67 см в холке, то есть довольно мелкие.

Возраст определён в основном по состоянию зубной системы, целых фрагментов трубчатых костей крайне мало. Исходя из анализа зубной системы, устанавливается, что около 70% овец забивалось в  возрасте до 2-х лет (табл. 3). Основной забой производился в возрасте около 2-х лет, то есть весной. Хотя обычно забой овец на мясо производится в возрасте около 1 года, так как далее держать их зачастую невыгодно. Среди особей, достигших взрослого возраста (более 2-х лет) пик забоя приходится на возраст 6–10 лет.

Таблица 3. Возраст овцы домашней по состоянию зубной системы.

Table 3. Age distribution of domestic sheep (Ovis aries) based on dental analysis.

В XIX в. многие семьи местного населения имели соотношение овец к козам в стаде 3:1. Чеченцы занимали ведущее место в разведении коз на Северном Кавказе. Традиционно козлов ставили во главе овечьего стада. От коз надаивали до 45 вёдер молока в год, что больше, чем от коровы, причём молоко было высокой жирности, до 4,5%. Коз раз в год стригли, получая около 700 грамм шерсти от одной особи [13].

Крупных фрагментов трубчатых костей для определения возраста коз мало, рост определён для 5  особей: 58, 61, 62, 65, 71 см в холке. Такой рост имеют козы большинства современных пород. Анализируя состояние зубных систем, можно отметить, что в основном забивали особей в возрасте от 5  месяцев до 2-х лет, в разное время года (табл. 4).

Таблица 4. Возраст по состоянию зубной системы козы домашней.

Table 4. Age distribution of domestic goat (Capra hircus) based on dental analysis.

Свинья домашняя (Sus scrofa domesticus). В разных местах раскопа найдено 28 костей свиньи домашней, что в целом составляет 0,5% от общего количества костей сельскохозяйственных млекопитающих.

Лошадь домашняя (Equus caballus). Костей обнаружено немного (n = 425): в сооружениях – 4,4%, в  ямах – 6%, в пластах – 6,2% от общего количества костей сельскохозяйственных млекопитающих. Лошадь очень ценилась, её чаще всего использовали как вьючное, ездовое животное. Среди костей обнаружено лишь 5 зубов от молодой особи, все остальные кости – исключительно от взрослых животных. Вероятно, в пищу конина употреблялась редко, забивались лошади, выбракованные по тем или иным причинам. Относительно целых фрагментов челюстей было лишь 14, поэтому делать выводы о  времени забоя не целесообразно. Рост установлен для трёх особей: 138 см в холке – среднерослая; 138  см в холке – среднерослая, полутолстоногая; 146 см в холке – рослая.

Промеры костей приведены в таблице 9. В таблицу включены промеры тех костей, количество измеряемых целых костей или их фрагментов которых было более 10.

Обсуждение

Соотношение костей сельскохозяйственных животных представлено на рис. 10. Преобладают кости крупного и мелкого рогатого скота, но их соотношение различно:

– в сооружениях костей крупного и мелкого рогатого скота примерно одинаково: 46,1% и 48,7% соответственно;

– в ямах количество костей мелкого рогатого скота почти в 2 раза больше, чем количество костей крупного рогатого скота;

– количество костей в целом в пластах значительно меньше, и кости более раздроблены, поэтому их  соотношение может быть в определённой степени случайно.

На одноимённых костях крупного и мелкого рогатого скота находится разное количество мяса. Для подсчета относительного объема мяса каждого вида млекопитающих необходимо ввести переменную, которая бы позволяла оценить разницу весовых показателей у представителей разных видов по методике Е.Е. Антипиной [14]. Соотношение по весу туш сельскохозяйственных животных – их кратность  – и является таким коэффициентом (табл. 5).

Таблица 5. Расчёты коэффициента.

Table 5. Coefficient calculations.

Таблица 6. Расчёт относительного объёма мяса, потребляемого населением.

Table 6. Estimated relative volume of meat consumption by the settlement population.

В соответствии с проведенными расчётами можно сделать вывод, что население питалось в основном говядиной, другие виды мяса использовали редко (табл. 6).

Соотношение более ценных в мясном отношении частей туши и менее ценных у крупного и мелкого рогатого скота практически одинаково (табл. 7). Это обычно свидетельствует о том, что скот разводился и использовался на мясо непосредственно на поселении. Количество костей лошади, на которых находится большее количество мяса несколько больше (57%), чем менее ценных. Вероятно, некоторое количество конины закупали, но количество костей лошади небольшое, разница более и менее ценных фрагментов небольшая, поэтому такой вывод следует считать преждевременным. Костей свиньи крайне мало для вывода, что свинина закупалась.

Таблица 7. Представленность разных отделов скелета в остеологических материалах, в %.

Table 7. Percentage representation of different skeletal elements in osteological materials.

Ряд костей (рёбра, позвонки), а также многие мелкие фрагменты костей коз и овец неотличимы. Поэтому приходится при ряде анализов объединять кости овец, кости коз и те фрагменты, которые в  равной степени можно отнести к овцам или козам. Если же сравнить соотношение костей разных отделов, то получается следующая картина (табл. 8).

Количество найденных рогов коз естественно больше, так как у коз и самцы, и самки – рогатые. У  овец у одних пород рогатые только самцы, у других и самцы, и самки безрогие, более того – у ряда пород пол и наличие рогов не связаны друг с другом.

Соотношение количества костей разных частей тела у овец и коз из раскопа относительно сходно, что свидетельствует об их сходном использовании.

Таблица 8. Соотношение отделов скелетов овец и коз, в %.

Table 8. Percentage ratio of skeletal elements of sheep and goats.

Следы заболеваний, проявившиеся на костях, обнаружены у 14 млекопитающих:

– деформация первой фаланги у одной особи быка домашнего и деформация второй фаланги у другой особи быка домашнего вследствие нагрузки при жизни;

– перелом и срастание ребра у особи мелкого рогатого скота и у одной особи собаки:

– лошадь домашняя – артроз, плюсневая кость срослась с двумя предплюсневыми; лошадь, несомненно, хромала;

– деформация нижней челюсти у овцы домашней (n = 7), козы домашней (n = 1), быка домашнего (n = 1). Интерес представляет существенное количество деформированных челюстей. Вероятнее всего, происходило травмирование мягких тканей остями зерновых или колючками растений. Далее, вследствие возникшего абсцесса, который не лечился, и в результате последующего длительного гниения деформировалась кость челюсти.

Индекс раздробленности (ИР) костей млекопитающих (количество костей в 1 куб. дм) почти одинаковый на разных участках поселения: в сооружениях ИР=10–20; в пластах ИР=10–20; в большинстве ям ИР=7–15, (в отдельных ямах 20–25). Существенно ИР отличается в ямах 1 (участок 81/89) и 2 (участок 120). В яме 1 ИР=45, т.е. по каким-то пока не ясным причинам сюда попали более мелкие фрагменты костей. В яме 2 кроме типичных пищевых отходов – костей со следами разрубов было много целых скелетов или крупных фрагментов скелетов. Обычно индекс раздробленности определяется традициями, способом приготовления мяса, размерами посуды для приготовления пищи, стандартизированы рынком, если мясо продавалось [8], но также и факторами внешнего воздействия.

На значительном количестве костей (268 фрагментов) имеются следы огня. Часть костей (n = 162) имеют черную окраску, что обычно характерно для горелых костей в условиях с большим доступом кислорода (например, в костре) и часть костей (n = 106) имеют коричневую окраску. Коричневая окраска возникает при высоких температурах в условиях закрытого огня (например, в печи). Вместе с тем на окраску горелых костей оказывает длительность пребывания костей в огне. В основном кости составляют пищевые отходы, на это указывают размеры фрагментов, наличие разрубов.

Некоторые обнаруженные кости животных имели следы обработки. Рога коз были или отпилены, или отрублены, вероятнее всего, именно отрублены небольшим с острым лезвием (топором). Предположительно, отрубленные рога не являлись заготовками, и они выбрасывались. Всего отмечено отрубленных рогов: бык – 4, овца – 6, коза – 43.

Из трубчатых костей домашних животных изготавливали трубочки, вероятно, для отвода мочи у  младенцев. Лопатки мелкого рогатого скота использовались как «гадальные». На Кавказе было ­широко распространено гадание на бараньей лопатке [15]. Для этого следовало тщательно освободить лопатку от мышечных волокон («объесть» лопатку), затем посмотреть на свет и, судя по появившимся контурам (затемнениям, пятнам), можно было представить «картинку будущего». Затем надо было сломать (вырезать) эту часть лопатки, чтобы никто другой не подсмотрел, тогда желаемое сбудется. Ломали руками, или вырезали ножом.

В общей сложности 123 кости имеют следы обработки (табл. 9). Это или заготовки, или отходы при изготовлении орудий труда.

Таблица 9. Кости, имеющие следы обработки.

Table 9. Bones exhibiting evidence of processing.

Выводы

Таким образом, анализ костных остатков поселения Верхненойберское 1 позволяет сделать некоторые выводы о типе хозяйствования населения равнинной части Чечни в XVII – первой половине XIX в. На исследованной территории в небольшом количестве найдены кости диких млекопитающих, таких как олень благородный, лисица обыкновенная, косуля, заяц, кабан, лесная кошка. Немногочисленность этих находок свидетельствует о том, что роль охоты на диких животных в обеспечении мясной пищей людей поселения была невелика.

В коллекции преобладают кости домашних копытных, среди которых наиболее высокая доля остатков мелкого рогатого скота – около 50%, несколько меньше доля остатков крупного рогатого скота – около 40%, лошадей – 10%, кости свиньи – единичны. В мясном потреблении поселения доминировала говядина – 80%. Судя по соотношению более ценных и менее ценных в мясном отношении частей туши, мясо производилось и потреблялось непосредственно на поселении. В целом можно утверждать, что одним из важных аспектов хозяйственной деятельности населения являлось специализированное разведение крупного рогатого скота.

Забой молодняка крупного и мелкого рогатого скота был наибольшим в возрасте около 2х лет, молодняк лошадей, видимо, забивали в исключительных случаях, следовательно, такой тип хозяйствования следует признать «устойчивым воспроизводством». Использование крупного рогатого скота представляло собой преимущественно мясомолочное направление и, прежде всего, молочное направление. Мелкий рогатый скот разводили в равной степени для получения шерсти, молока, мяса и шкур.

Кости домашних животных использовались для изготовления простейших бытовых предметов, таких как мочеотводные трубки, подвески и «гадательные» лопатки. Следов развитого косторезного производства, характерного для Средневековья, не обнаружено.

Отличительной чертой костной коллекции Верхненойберского 1-го поселения является обилие костей собак, в том числе и целых их скелетов. Однако, причины массовой гибели собак достоверно не  известны.

Таблица 10. Промеры костей (мм) и их индексы (в %).

Table 10. Bone measurements in mm and their indices in percentage.